-- Ну, так дай мне выслушать малого, дружище, и делай как я: пей, слушая его.
-- Как угодно, капитан, я ведь сказал...
-- Чтобы знать, чего держаться; успокойся, друг, скоро все узнаешь, обещаю тебе.
-- Так за ваше здоровье, капитан.
-- За твое, Клер-де-Люнь. Говори, Стефан, мы тебя слушаем, сын мой.
-- Если уж вы требуете, крестный...
-- Нет, я прошу тебя.
-- Для меня это не имеет значения. Видите ли, крестный, у меня с самого детства отвращение ко всему, что сколько-нибудь пахнет лакейством.
-- Понимаю,
-- Первое удовольствие для меня составляло убежать из дому и бегать с товарищами по полям и лугам; я вечно дрался, бил и был сам бит, фехтовал и ножами, и кинжалами, и всем, что только под руку попадало. С летами эта наклонность страшно во мне развилась, я никогда не мог понять искусства сварить соус или суп, но оружием владел с редким искусством; мне, наконец, мало стало одной шпаги, я непременно должен был держать две -- в обеих руках по шпаге,