-- Стать другом графа, его собакой, его рабом, если нужно, и иметь таким образом возможность защищать его жену от всех на свете, от него самого в случае необходимости. Говорю тебе, я хочу, чтобы она была счастлива.
Он помолчал с минуту, как бы обдумывая свои слова, и продолжал:
-- Теперь слушайте, дети, вот уговор, который я вам представлю и который ты, Клер-де-Люнь, должен подписать. Ведь на твоей совести самая тяжелая часть преступления.
-- Подписываюсь от всей души, капитан, к каким бы результатам это ни привело меня самого!
-- И я тоже, крестный, не только потому, что люблю вас, как отца, но и потому, что хотел бы кинуться за вас в огонь и воду и отплатить за покровительство, которое вы постоянно оказываете моей семье! Говорите же, я каждую минуту готов повиноваться малейшему вашему знаку, клянусь вам!
-- Хорошо, детки! Я был уверен в вас,-- сказал тронутый капитан, пожав им руки.-- Три таких верных, самоотверженных сердца, как наши, непременно должны одолеть все препятствия, единодушно идя к од кой цели, особенно если это добрая цель. Сам Бог будет за нас. Итак, решено! Мы втроем будем действовать как один человек.
-- Да, да, капитан!
-- Непременно, крестный!
-- Теперь я могу сказать вам все и назову графа; это будет вашей первой наградой; это имя веками уважается в нашей старой Лимузенской провинции. Люди, которым мы собираемся служить,-- граф Оливье и графиня Жанна дю Люк.
-- Граф дю Люк!-- вскричал Дубль-Эле.-- Сын человека, который был так добр к моей семье!