-- Я скромно заметил его величеству, что это немножко рано. "Знаю,-- отвечал король,-- но я в девять уезжаю в Сен-Жермен, а мне бы хотелось быть при аудиенции".
-- Не все ли равно, в какое время нас примут?-- сказал граф дю Люк.-- Только бы приняли.
-- Так, любезный граф, но знаете ли вы, кто будет присутствовать на аудиенции, кроме их величеств? Герцог де Люинь и монсеньор епископ Люсонский, то есть два самых ожесточенных врага вашей веры.
-- Ого! Что же это значит? -- сказал герцог.
-- Только то, что вас ожидает серьезная встреча; хорошо еще, если вас не арестуют тут же.
-- Неужели это возможно? Неужели они осмелятся?
-- Как знать! Я не стану ничего утверждать, но только предупреждаю вас, действуйте теперь сообразно с этим. Главное, остерегайтесь епископа Люсонского; боюсь я этого священника. Он необыкновенно быстро начинает входить в милость, поговаривают, что его сделают кардиналом.
-- Кардиналом! Его -- епископа Люсонского!
-- Да, господа! И вспомните мои слова: если когда-нибудь этот человек заменит де Люиня и захватит власть в свои руки, он не расстанется с ней до самой смерти, и, как ни невероятно это вам покажется, вам придется пожалеть о тирании де Люиня.
-- О, вы уж слишком далеко заходите, мсье де Бассомпьер!