-- Господин офицер, конечно... совершенно напротив... тем более... моя бедная жена... я честный торговец...-- бормотал тот в смущении.
-- Не обращайте внимания на его бессмыслицу; он не помнит, что говорит, так напуган. До свидания, капитан, я возвращаюсь в Сен-Жермен.
-- Прощайте, сержант, а я еду в Париж, Они расстались.
Отряд коннетабля поехал крупной рысью.
-- Свяжите этого негодяя!-- приказал Ватан своим людям.
-- Меня? Но... господин капитан, умоляю вас, я семейный человек!-- в ужасе кричал несчастный.
-- Ладно! Довольно этих гримас, бесчестный мерзавец! Меня не обманете; я знаю, что вы начальник злодеев, которые совершили сегодня гнусное похищение.
-- Я?!-- воскликнул бедняга с таким комическим изумлением, что оно возбудило бы смех, не будь обстоятельства так серьезны.
-- Да, вы, вас узнали; ваше дело в суде, и процесс скоро кончится. Вас непременно повесят. Ну, в дорогу! Ни крика, ни слова, а не то я всажу вам пулю в голову, как собаке, негодный разбойник!
Бедный торговец хотел ответить, но не имел уже силы. Ужас парализовал в нем все человеческие способности, и он обратился в какую-то массу без мысли, без воли.