-- Конечно, -- отвечал тот с апломбом, характеризующим людей, ничего не понимающих в военном деле. -- Но, -- прибавил он, -- мне пора вернуться к г-ну Биго; приняли вы все необходимые меры? Нужно избегать всяких недоразумений, которые могли бы неожиданно усложнить дело.
-- Все готово. Я выбрал четырех часовых, на них можно положиться, они будут глухи и слепы.
-- Это значит, что они не увидят англичан и, главное, ничего не услышат.
-- Они окликнут англичан, когда уже будет слишком поздно, и удовлетворятся всяким-паролем.
-- Отлично, а остальные солдаты?
-- Они пьяны и проспят.
-- Наконец -- вы?
-- Я лягу сейчас же после вашего отъезда, меня захватят в постели.
-- Отличная идея! Но меня все-таки беспокоят ваши часовые.
-- Не беспокойтесь, англичане их просто перестреляют. Надо, -- прибавил он гаерским тоном, -- чтобы и г-н Биго, и я были вне подозрения; для этого приходится прибегнуть к крайним мерам, но что делать? Честь -- прежде всего.