-- Очень хорошо, мистер Жозуа. Господа, -- вы свидетели, а теперь садитесь на лошадей, поспешим, нужно, чтобы этот человек в продолжение часа был заключен в тюрьму графства.
-- Что вы говорите? -- вскричал мистер Жозуа, дрожа от гнева, -- разве вы думаете увезти моего невольника?
-- Я не увожу вашего невольника, я просто отвезу его в тюрьму графства.
-- По какому же праву вы хотите его увезти?
-- По праву, которое мне дает закон.
-- Закон не имеет никакого отношения к этому; мой невольник принадлежит мне, и никто не может увезти его с моей плантации.
-- Вы ошибаетесь, мистер Жозуа, -- отвечал я, -- ваш невольник принадлежит вам, это ваше имущество, ваша собственность, я это признаю и не имею ни малейшего намерения отнять его у вас.
-- Хорошо, но тогда?.. -- вскричал он, с гневом топая ногой.
-- Свод законов для негров, который управляет невольничеством, доставляет вам право учинять правосудие над вашими рабами в случаях только внутренней и частной дисциплины, но когда дело идет, как в предстоящем случае, о бунте и сопротивлении с оружием в руках, свод законов постановляет буквально следующее: всякий невольник, признанный виновным в произведении бунта и сопротивлении с оружием в руках против своего господина и законного владетеля, должен быть непосредственно предан полноправным властям в графстве, чтобы произвести над ним скорый и верный суд, а также, чтобы он послужил примером для остальных невольников, которые оставили бы всякое намерение производить такие беспорядки; хозяин означенного невольника должен быть вознагражден за убыток. Вот, мистер Жозуа, в силу какого закона я поступаю; будьте так добры, прикажите позволить мне проехать, для того чтобы я мог отвезти моего пленника.
-- Вы не уедете, чтоб черт меня побрал! -- вскричал он в страшном бешенстве, -- этот бездельник не выйдет из моих владений!