Между тем, как только нарождающийся день стал разгонять мрак, все уже были на ногах в гасиенде.
Пеоны выводили скот, а всадники лошадей на водопой или искали сухого дерева, чтобы развести бивачный огонь и приготовить завтрак.
Многочисленные гости дона Аннибала отдали своим слугам приказание нагружать мулов, седлать лошадей, чтобы быть готовым пуститься в дорогу по первому знаку.
Граф Мельгоза покинул апартаменты, где он провел ночь, и в сопровождении хозяина направился к первому patio, где ждали его Сумах и его люди, уже находившиеся в седле.
-- Как, -- выразил удивление дон Аннибал, увидев малочисленную свиту графа, -- в такое смутное и беспокойное время вы отважились явиться сюда с таким слабым отрядом?
-- Почему же нет? -- отвечал равнодушно граф. -- Эти шесть человек мне преданы, они старые, привыкшие к огню, солдаты. Да и чего мне бояться? -- прибавил он с ироничной улыбкой. -- Разве мы не в мире?
-- Да, по крайней мере до сих пор. Но долгие войны, как вы сами это знаете, разорили и довели до отчаяния многих. Деревни разграблены мародерами, особенно ненадежна эта граница, постоянно подвергающаяся нападению индейцев. Повторяю вам, сеньор граф, вы поступили очень неосторожно, взяв с собой так мало людей. Если позволите, я дам вам отряд, который избавит вас от всякой опасности.
-- Не делайте этого, друг мой, -- с живостью отвечал граф. -- Я искренне благодарен вам за заботливость, но уверен, что ваши страхи преувеличены.
-- Однако... -- возразил владелец гасиенды.
-- Ни слова более, прошу вас. Вы серьезно досадите мне, если будете настаивать на этом. Впрочем, -- сказал он с улыбкой, указывая на канадца, -- моя свита получила подкрепление. Итак, прекратим разговоры и прощайте. Извините, что я так грубо оставляю вас, но нам предстоит сделать сегодня неблизкий путь по дорогам и, как вы знаете, очень дурным. Время ехать.