-- Я этого не говорил.
-- Но вы так думаете, что, в общем, одно и то же. Ну да мне все равно; я не только позволяю вам не благодарить меня, но вы даже можете ненавидеть меня, -- мне решительно все равно! Я люблю вас не потому, что это вам нравится, а потому, что я так хочу... На этом и закончим наш разговор и потолкуем лучше о другом...
-- Охотно. Добиться от вас того, что я хочу, так же трудно, как сделать белым негра... И тут и там все мои хлопоты пропадут даром.
-- Та-та-та! Вы сумасшедший, повторяю еще раз. Но только не мешайте мне. Если удастся одно дело, которым я сейчас занят, мы с вами очень скоро похороним Эль-Бюитра с тем, чтобы воскресить Джона Стенли.
Сальтеадор вздрогнул.
-- Помоги вам Господи!
-- Пожелайте лучше, чтобы мне помог черт!.. Это дело его касается гораздо ближе, -- насмешливо проговорил бандит. -- Но вы не отчаивайтесь и положитесь во всем на меня. Я надеюсь, что очень скоро мы до такой степени переменим шкуру, что никакой черт нас не узнает. Видите ли, Джон, на этом свете достаточно уметь только поймать мяч на лету и самому увернуться вовремя.
-- Признаюсь вам, друг мой, я не понял ни одного слова из всего того, что вы мне говорили сейчас.
-- Э! Да зачем вам нужно понимать? Вспомните, разве вам приходилось когда-нибудь жалеть о том, что вы позволяли мне руководить вами?.. Еще немного, и мы вывернем кафтаны и изменим не профессию, которой так приятно и выгодно заниматься, а имя, и возьмем другое, более звучное и знатное.
-- Посмотрите-ка, -- добавил он с иронией, указывая на собравшихся вокруг них бандитов, -- какую внушительную коллекцию честных людей пустим мы с вами тогда в обращение под нашим флагом! Подумайте только, какой это произведет эффект! Мы -- и вдруг сделаемся официальными защитниками угнетенных!