Возбуждение и гнев художника все росли и росли. Глядя на обворожительную "наготу" Клавдии и постепенно перенося ее на полотно, Смельский не мог избавиться от обуревающих его мыслей. Наконец, раздражение его достигло апогее, когда он вспомнил о последнем поступке Буйноилова...
-- Клавдия! -- обратился он к девушке. -- Отдохнем немного. Ты устала.
Девушка, с желанием в глазах, подошла к Смельскому, но тот не понял ее...
-- Какой ты стал холодный! -- сказала с упреком Клавдия. -- Разлюбил меня!
-- Я разлюбил! -- с горечью воскликнул художник, привлекая девушку к себе. -- Я разлюбил... В тебе -- вся моя жизнь. Я долго ждал тебя и, наконец, дождался, -- начал импровизировать Смельский:
Ты принесла с собой мне солнышка привет,
Я, как червяк, не жил, а пресмыкался:
Вокруг меня шумел, кривлялся пошлый "свет"...
Моей ты будешь песнью лебединой:
Смерть дышит на меня, я чувствую, давно...