На третий день вся история, весьма преукрашенная, дошла и до государыни.
-- Удивляюсь, что с мальчишкой связался, -- с сомнением сказала Екатерина. -- Что-то плетут! Шевалье столь благовоспитан и человек разумный Платон, разузнай, верно ли?
Платон рассыпался в похвалах де Саксу.
-- Зная шевалье, как живого, вспыльчивого, но благородного и чести исполненного, невозможно предположить, чтобы с мальчиком беспричинно в драку полез.
-- Я и говорю, разузнай! -- сказала государыня.
Платон разузнал и со смиренной миной доложил, что, к сожалению, все правда. Шевалье грубо оскорбил князя Щербатова, вежливо осведомившегося лишь о состоянии его здоровья и назвал его "русской швалью".
-- Это с каких же пор мои подданные стали пред саксонцами швалью? -- вспыхнув, сказала государыня.
С тонкой улыбкой Платон Зубов доложил, что тут особая есть причина, почему шевалье вопрос о здоровье за оскорбление принял. А Щербатов этой причины не знал.
-- Какая же, братец, причина? Что за миракль?
-- Шевалье, хотя собою и изряден, но с женщинами весьма не храбр, можно даже сказать, совсем в дело не годен, будучи, можно так выразиться, игрой природы смешанного пола.