-- Пушкин.
-- Слава Богу!
На этом слове он вернулся в залу, а мы продолжали толковать о Рашели и Мочалове. Вдруг Павлов опять показывается в дверях.
-- С. В., скажите пожалуйста, как по-вашему: Некрасов -- поэт?
-- Сохрани Бог.
-- Спасибо, дали передохнуть!
Николай Филиппович был любопытен до смешных размеров, несогласных с серьёзным характером. Однажды, чтобы посмеяться над ним, я его довела до исступления. Он спросил, почему я была задумчива? Я отвечала: "Не могу сказать никому на свете, а вам в особенности, почему я задумчива сегодня". Павлов так и взвился.
-- Мне-то? Мне вы можете сказать. Вы знаете, я молчать умею.
-- Знаю, но всё равно не могу.
-- Послушайте, докажите, что вы меня уважаете и хоть немного любите. Скажите, в чём дело?