-- Такъ я рѣшаюсь на школьный примѣръ, весело сказалъ Брежневъ.-- Перенеситесь въ прежніе годы: еслибъ вамъ измѣнила любимая женщина?...
-- Вы хотите знать, поступилъ ли бы я какъ венеціанскій мавръ? отвѣчалъ Елецкій, разсмѣясь.-- Скажу вамъ, что въ душѣ я всегда его оправдывалъ. Онъ очень естественно заступался за свои права, но поступилъ опрометчиво...
Съ шутокъ разговоръ сбился на серьёзные предметы. Елецкій обо всемъ судилъ умно и не покидая своей философской точки зрѣнія. Въ 5 часовъ дворецкій явился съ докладомъ, что кушанье готово.
Хозяйка дома дожидалась въ залѣ. Весеннее розовое платье ослѣпительной свѣжести еще болѣе выдавало красоту Мадлены. Черные волосы, освобожденные отъ утренняго чепчика, густыми косами легли на головѣ, а главное, казалось, что въ Мадленѣ, вмѣстѣ съ нарядомъ, измѣнилось и расположеніе духа. Восхитительной улыбкой смягчала она гордое выраженіе своего лица, стала внимательна къ мужу и очень-мило съ нимъ шутила; Брежнева разспрашивала о московскихъ новостяхъ. Брежневъ былъ блестящій разскащикъ, и потому съумѣлъ сообщить Мадленѣ о ея городскихъ знакомыхъ такія сплетни и подробности, которыхъ передача казалась бы несовсѣмъ-удобною. Мадлена смѣялась свѣжимъ и звонкимъ смѣхомъ, прерывавшимся вдругъ какъ у дѣтей.
Обѣдъ продолжался долго и былъ крайне-оживленъ. Кофе пили въ гостиной. Мадлена, сидя у окна, любовалась полукровнымъ скакуномъ Брежнева, котораго конюхъ водилъ по двору.
-- Какъ бы хорошо поѣздить на этой лошади! замѣтила она.
-- Она была бы къ вашимъ услугамъ, отвѣчалъ Брежневъ: -- но, къ-сожалѣнію, это невозможно. Леди красива, но необыкновенно-своенравна.
-- Тѣмъ лучше. Удовольствіе неразлучно съ препятствіями.
-- Въ-особенности, сказалъ Елецкій: -- когда препятствіе заключается въ возможности сломить себѣ шею. Какъ же не заманчиво!
-- Какія у тебя ко всему драматическія развязки! сказала Мадлена съ нетерпѣніемъ.-- Очень-хороша лошадь, которую ты мнѣ купилъ! Настоящій баранъ! По-моему лучше вѣчно сидѣть дома, нежели ѣздить на такой лошади.