-- Нѣтъ, не равнодушны; оно вамъ теперь не по-сердцу; но-современемъ вы убѣдитесь, что играть огнемъ всегда опасно, что нѣтъ истиннаго чувства безъ самоотверженія, и что, поэтому, нечего напрашиваться на чувство, въ-особенности, когда Богъ благословилъ васъ супружескимъ счастьемъ. Я не смѣюсь. Иной бракъ слыветъ неудачнымъ до первой провѣрки. Я былъ этой провѣркой для васъ, и вы мнѣ простите, когда рѣшитесь воспользоваться очень-завидными условіями вашей жизни.
-- Ваше предсказаніе начинаетъ сбываться, Сергѣй Николаичъ. Я ужь и теперь готова смѣяться надъ собой; мужа я уважаю попрежнему, а въ васъ, извините, вижу самаго сухаго эгоиста...
-- Способнаго, могу васъ увѣрить, на всякое увлеченіе, неразсчитанное по заранѣе-составленной азбукѣ, отвѣчалъ Брежневъ.-- Повѣрьте, другой на моемъ мѣстѣ доказалъ бы вамъ, что можно поступить съ большимъ эгоизмомъ.
Мадлена не отвѣчала.
-- Вотъ ваше письмо, сказалъ Брежневъ: -- вамъ было бы непріятно оставить его у меня. Прощайте, Магдалина Ивановна! прибавилъ онъ, протягивая ей руку.-- Мнѣ не хотѣлось бы изъ нашего послѣдняго свиданья вынести воспоминаніе о вашемъ гнѣвѣ.
Мадлена положила свою руку въ его, не отвѣчая на его пожатье. Онъ отошелъ и еще разъ обернулся, но встрѣтилъ столько холодности въ ея взглядѣ, что не рѣшился подойдти.
Мадлена замѣтила это движеніе.
-- Прощайте, сказала она, почти-ласково.
-- Я не теряю надежды, что когда-нибудь мы встрѣтимся попріятельски, сказалъ Брежневъ и пошелъ проститься съ Иваномъ Борисовичемъ, котораго очень удивилъ отъѣздъ Брежнева и отчасти помирилъ съ нимъ. Но это трудно было угадать по пріемамъ Ивана Борисовича, проводившаго Брежнева съ тѣмъ же невозмутимымъ хладнокровіемъ, съ какимъ встрѣтилъ его въ первый разъ.
Брежневъ ужь садился въ коляску, чтобъ ѣхать къ Алинѣ, когда ему подали записку. Узнавъ въ посланномъ лакея Алины, онъ торопливо сорвалъ печать и прочелъ слѣдующія строки: