-- Да что ты меня утешаешь? -- возразил Гальянов. -- Или ты думаешь, что я женился на твоём состоянии?
-- Ах, Боже мой! -- промолвила Женя, оскорблённая этою выходкой.
Слёзы показались у ней на глазах, к крайнему удивлению Гальянова, который не мог понять, почему она так оскорбилась.
-- Что за ребячество! -- говорил он. -- Ты совершенная травка "не тронь меня". Я решительно не понимаю, что могло вызвать этот поток слёз. Ты жила до сих пор в очарованном, неестественном мире и вовсе не знаешь жизни, а я тёртый калач и смотрю положительно на вещи. Вот ты говоришь достать место? Ты думаешь, легко достать место? Как бы не так! Глупая история этой духовной меня, конечно, расстроила, потому что я должен отвечать за двоих...
-- Ты, кажется, говорил, что у твоего отца остался какой-то долг? -- перебила Женя.
-- Нет; я этого не говорил. Все долги отца были выплачены.
-- Так у тебя, кажется... ты мне точно говорил... une dette d'honneur?
-- Нет; я и свои выплатил.
"Хоть бы солгал!" -- подумала Женя.