-- Оставь меня, -- отвечала она, отстраняя его руку, с тем двояким и мучительным чувством любви и ненависти, которое он внушал ей с некоторых пор. -- Береги свои ласки для Кедровой.
-- Шутка это что ли, наконец? -- возразил Гальянов, удерживая насильно руку Жени в своей руке. -- Я люблю Кедрову? Ха, ха, ха! Бедная женщина! Клянусь тебе, что мне никогда и во сне не мерещилось любить её, иначе как смешную, но забавную бабу. Меня забавляют её сплетни и болтовня, а тебе какое до этого дело?.. Что общего между тобой и Кедровой, между моими отношениями к ней и моими отношениями к тебе? Эта ревность унижает и тебя, и меня. Женя, ты ещё меня любишь?.. -- спросил он, притягивая её к себе и пытаясь поцеловать её, а она избегала поцелуя, верила его словам и не верила, и старалась напрасно освободиться от глухого и мучительного подозрения...
XVII.
Гальянов, помирившись с женой, пошёл заключить мировую с Анной Павловной. Он успел умилостивить её на этот раз, но его женитьбы она ему простить не могла и решилась положить конец его супружеской жизни. Только что он получил выгодное место по ходатайству Марьи Михайловны, Анна Павловна привела в исполнение давно задуманный план. Она сохранила письмо, в котором Гальянов излагал ей причины, побудившие его к браку, и решилась довести это письмо до сведения Жени. Но как устроить дело половчее, достигнуть цели, а себя огородить от неприятности? Анна Павловна придумала сначала по-слать письмо Жене по городской почте, подписав: "От лица, желающего вам добра". Анна Павловна не разделяла предубеждения против безымянных писем.
-- Помилуйте, чего лучше? -- говорила она. -- Ведь в глаза всего не скажешь, а написать можно, что вздумается, и имени не выставить. Преудобно! Опустишь письмо в ящик, да и концы в воду.
Но Анна Павловна не послала Жене безымянного письма. Правда, Гальянов был недальновиден, но всё-таки он мог не поверить в существование лица, желающего добра Жене. Анна Павловна остановилась на другом, более удачном соображении. Она приняла озабоченный вид и объявила Гальянову, что с ней случилось несчастье: она потеряла бумажник, в котором берегла его письмо. Гальянов заметил с досадой, что такие письма уничтожают по прочтении.
-- Уж не говори! Я и так в отчаянии; мышьи норки перерыла, другой день его ищу, -- отвечала Анна Павловна.
-- Вели его искать, -- сказал Гальянов.
И горничные, и сама Анна Павловна принялись ползать под диванами, отодвигать шкапы и сундуки; Анна Павловна выворачивала свои карманы и даже обшарила Гальянова, но всё напрасно.
-- Нет сомнения, я его потеряла на дворе, -- решила она. -- Помню, что вчера он был у меня в руках, когда я шла по двору. Кто-нибудь из людей поднял: деньги вынул, а письмо разорвал.