-- О васъ, отвѣчалъ Тарбеневъ.
-- Что же именно?
-- Что Вы необыкновенно хороши подъ Вашимъ бѣлымъ вуалемъ.
-- Да я не знала за вами способности подмѣчать такія вещи.
-- Почему же?
-- Да такъ; я полагала, что вы довольно равнодушны къ подробностямъ женскаго туалета.
-- Дѣйствительно, отвѣчалъ Викторъ: -- я не съумѣю рѣшить, въ какомъ магазинѣ вы купили вашу шляпу, и не скажу вамъ, чѣмъ ея фасонъ отличается отъ прошлогодняго; но это не лишаетъ меня права имѣть свое мнѣніе въ дѣлѣ вкуса. Въ безпрестанныхъ измѣненіяхъ моды мнѣ понятно постоянное присутствіе чувства изящнаго. Почему вы этого не допускаете.
-- Безъ причины; это правда, отвѣчала Лизавета Васильевна.-- Это доказываетъ мнѣ, что я васъ еще несовершенно знаю.
-- Какже это дѣлается, что я васъ такъ хорошо, знаю? спросилъ Викторъ.
-- Не ручайтесь. Хотя я далёко не загадка, меня почти всегда понимали вкривь и вкось. Многіе мнѣ говорили о моихъ недостаткахъ, и до сихъ поръ мнѣ не привелось слышать двухъ одинакихъ сужденій. Скажите вы.