-- Как эта подушечка попала сюда? -- спросил квартальный.
-- Не знаю, -- отвечали они разом.
-- Это однако очень важно. Вот что сказано в письме: серьги были в серебряном ларчике; на них лежала голубая атласная подушечка, шитая блёстками и шелками. Откуда бы, кажется, взяться здесь такой штучке?.. Никого отсюда не выпускать! -- крикнул он. Оцепить весь дом! Смотрите в оба.
-- Я покажу подушечку графине, увидим, признает ли она её за свою.
Мать и сыновья глядели друг на друга, словно одурелые.
-- Митька! Митя! -- заговорила Арина Ефимовна, но голос её оборвался.
Митя весь дрожал.
-- Матушка, родимая, -- отозвался он, понимая какой отчаянный вопрос таился в словах матери, -- вот тебе свидетельница, -- продолжал он, указывая на икону Божией Матери, висевшей в комнате, -- я не повинен. Веришь ли?
-- Верю, сынок, -- отвечала мать с непередаваемым выражением горя и любви.
-- Подушечка-то как сюда попала? -- спросил её старший сын Андрей. -- Припомни, не захватил ли её как?