Произошло смятение. Федосья, не скупясь на бранливые слова, уже нагнулась со сжатыми кулаками к виновницам, но они быстро встали и вытянулись перед своею госпожой. У карлицы щёки были исцарапаны, а у толстой и рябой шутихи Фимки один глаз подбит. Все ожидали, что графиня разразится гневом, но, к счастью, дело приняло совершенно неожиданный оборот: она взглянула на них и расхохоталась.
-- Красавицы, нечего сказать! -- проговорила она сквозь смех. -- За что вы подрались?
-- Вы мне пряник изволили пожаловать, ваше сиятельство, -- отвечала шутиха, -- а Марфутка у меня его отняла. Живот-то что у снятка, а проглотила пряник разом, словно кит-рыба-с.
-- На, вот тебе, -- сказала графиня, бросая ей другой пряник. -- Марфутка, -- обратилась она к карлице, -- отымай!
Карлица кинулась на шутиху, которая на этот раз одержала победу, оттолкнула одним ударом Марфутку далеко от себя и сунула в карман лакомый кусочек. Графиня продолжала тешиться этим безобразным зрелищем, наоборот, им не тешилась её фаворитка Федосья.
Она постоянно преследовала карлицу и надеялась, что на ней оборвётся досада их госпожи.
-- Пошла! -- сказала она, оттолкнув ногой Марфутку, успевшую приютиться за стулом графини.
-- Совсем изволили её избаловать, ваше сиятельство. Житья нет от этой уродины.
-- Вишь, змея-то жало своё выпустила, -- промолвила карлица.
-- Пошла! -- повторила Федосья, отталкивая её.