-- Боже мой! да такъ пишутъ только на прощаніи! воскликнула молодая женщина, пробѣжавъ записку глазами. Она передала ее Хруслову.
"Цалую ваши руки, писалъ Артемій, и прошу васъ принять эти часы на память того вечера, который я провелъ у васъ. Прощайте!"
Александръ Михайловичъ молча возвратилъ ей записку.
-- По троицкому шоссе, на восемнадцатой верстѣ, поворотъ налѣво, не правда ли? сказала Юлія рѣшительнымъ голосомъ.
Это былъ маршрутъ въ Разсказово.
-- Да, отвѣчалъ Александръ Михайловичъ.-- Вы хотите ѣхать?
-- Да.
-- Помоги вамъ Богъ! сказалъ онъ, крѣпко пожавъ руку Юліи.
Рука ея дрожала, да и у Александра Михайловича двѣ крупныя слезы повисли на рѣсницахъ.