Она подала чашку Костевичу.
-- Изъ рукъ твоихъ приму я чашку яда! продекламировалъ онъ, улыбаясь. Веселость его возвратилась и поддерживалась цѣлый вечеръ, который, благодаря ему, прошелъ незамѣтно. Было за полночь, когда старики, совершенно обвороженные своимъ новымъ знакомцемъ, отправились во флигель.
-- Намъ съ вами по дорогѣ, сказалъ Костевичъ, спускаясь съ лѣстницы вмѣстѣ съ Александромъ Михайловичемъ.
-- Да-съ, только пѣшій конному -- не товарищъ, отвѣчалъ тотъ.-- Я вѣдь все пѣшкомъ-съ.
-- Да и я пѣшкомъ сегодня. Моя карета въ починкѣ.
-- Пойдемте-съ.
Нѣсколько времени они шли молча. Хрусловъ, по обыкновенію, разсѣянно смотрѣлъ по сторонамъ; но Костевичъ былъ такъ настроенъ, что не вынесъ молчанья.
-- Какъ хорошъ этотъ старикъ, началъ онъ:-- какой умный старикъ! Знаете, такъ себѣ воображаешь... напримѣръ, Гомера...
"Эка хватилъ!" подумалъ Александръ Михайловичъ.
-- А какова Юлія Николаевна? продолжалъ Костевичъ:-- а?