-- Она -- совѣстливая такая; боится, чтобъ вы чего не подумали. Да вонъ она никакъ по двору плетется.
-- Нельзя ли ее сейчасъ воротить? спросила Юлія.
-- Феня! сказали Дуняша стоявшей у дверей дѣвочкѣ:-- бѣги скорѣе, скажи Авдотьѣ Михайловнѣ, что барыня, молъ, васъ сами увидали и просятъ къ себѣ. Слышишь? Бѣги!
Но дѣвочка, не дослушавъ послѣдняго слова, стремглавъ спустилась съ лѣстницы и черезъ нѣсколько минутъ вернулась вслѣдъ за званой гостьей.
III.
Авдотья Михайловна.
Авдотья Михайловна, бѣдная вдова изъ дворянъ, нисколько не напоминала всѣмъ извѣстный, всѣми презираемый типъ приживалокъ. Ее, напротивъ, нельзя было не уважать: такъ умѣла она сохранить свое личное достоинство въ томъ ложномъ положеніи, въ которое ее поставили обстоятельства. На милости Ирины Ѳедоровны, своей благодѣтельницы, она никогда не напрашивалась, любила ее и съ незапамятныхъ временъ пользовалась ея довѣренностью.
Черты ея лица были строги и благородны; она постоянно носила черное платье и бѣлый коленкоровый чепецъ.
-- Что жь это вы отъ меня бѣжали, Авдотья Михайловна? сказала Юлія.-- Развѣ мы съ вами не старыя знакомыя?
Авдотья Михайловна ласково отвѣчала на ея поцалуй, но серьёзное выраженіе ея физіономіи не измѣнилось. Она сказала: