-- Я ихъ выписываю съ тѣхъ поръ какъ началась война. Сегодня дурное извѣстіе, Французовъ разбили подъ Вёртомъ... А ты, Мишель, хотъ ихъ и не долюбливаешь, все-таки желаешь чтобъ они Нѣмцевъ отдѣлали, ха, ха, ха!
-- И васъ интересуетъ война? спросила Марья Павловну, обращаясь вдругъ къ мужу.
-- На эту войну никто не смотритъ равнодушно.... она многое рѣшитъ и для насъ, отвѣчалъ Образцовъ.
Разговоръ о политикѣ, начатый графомъ, прекратился разумѣется самъ собой. Заговорили о погодѣ, и обрадовались что въ сосѣдней комнатѣ зашумѣли чашками. Графъ былъ какъ на иголкахъ, но не смѣлъ выйти изъ комнаты, а Образцовъ все ждалъ чтобъ онъ вышелъ.
"Какое пошлое положеніе, думалъ онъ, а я самъ напросился на эту комедію. Надо было найти возможность видѣться -- только не здѣсь. А я не ожидалъ отъ нея такой выдержки."
Марья Павловна взяла на колѣни котенка, который мурлыкалъ около нея, и принялась его гладить и щекотать за ухомъ. Легкая дрожь пробѣгала по всему тѣлу молодой женщины, и рука ея была холодна и красновата.
-- А что его хозяйки не видать? спросила она, поглаживая котенка.-- Гдѣ Соня?
-- Слышишь? тебя зовутъ, поди поздоровайся, сказала Аннсы Ѳедоровна, которая сидѣла въ залѣ около чайнаго стола и боялась проронить малѣйшее слово изъ бесѣды графа съ его гостями..
Соня вошла въ гостиную и поцѣловалась съ Марьей Павловной.
-- Какъ эта дѣвочка блѣдна! сказала Марья Павловна, взглянувъ на мужа.-- Ей бы надо на воды въ Липецкъ.