Смольневъ (очень-смущенъ).-- Вы... вы, право, странная женщина, Валерія Николавна! Я даже отказываюсь васъ понять. Къ чему вдаваться въ какія-то мудрёныя заключенія. Я думалъ, что имѣлъ счастіе вамъ внушить хорошее расположеніе къ себѣ; вы теперь отъ него отказываетесь -- прекрасно. Вы совершенно свободны! (Валерія молчитъ, понизивъ голову). Послушайте... просто намъ обоимъ нуженъ отдыхъ. Завтра вы совершенно успокоитесь, и мы свидимся добрыми знакомыми, хорошо-вызнавшими другъ друга (беретъ шляпу). Желаю вамъ доброй ночи.
Валерія ( останавливая ).-- Смольневъ, мы такъ не разстанемся.
Смольневъ.-- Что вамъ угодно?
Валерія.-- Мы такъ не разстанемся. Мнѣ не даетъ покоя мысль, что вы отсюда вынесете враждебное чувство ( беретъ его за руку).
Смольневъ.-- Вы дрожите?
Валерія.-- Это пройдетъ.
Смольневъ.-- Нервическая дрожь... я вамъ клянусь, что вамъ нуженъ покой (они беретъ гриль и надѣваетъ ее на Валерію).
Валерія.-- Это пройдетъ (она указываетъ ему на кресло ). Выслушайте меня. ( Смольневъ садится).
Валерія.-- Мы не будемъ обманывать другъ друга. Я всю вину беру на себя: мнѣ слѣдовало быть дальновиднѣе васъ, потому-что васъ могло ввести въ обманъ... чувство удовольствія, которое мужчина находитъ въ обществѣ женщины, недурной собою... Я должна была понять, что намъ прошедшаго не воскресить, какъ ни жаль его, и что не слѣдуетъ подвергать опасному испытанію наши пріятельскія отношенія, которыя имѣютъ свою цѣну. Не-уже-ли эта невольная ошибка можетъ насъ удалить другъ отъ друга? Мы не разстанемся безъ дружескаго слова.
Смольневъ (смѣясь принужденно).-- Я всегда говорилъ, Валерія Николавна, что вы чрезвычайно-добры. Но дружеское слово, о которомъ вы теперь хлопочете, право, напоминаетъ мнѣ средства, извѣстныя подъ именемъ remèdes de bonne femme.