Въ потьмахъ я не замѣтила что Володя не затворилъ двери которая раздѣляла корридоръ на двѣ половины. Викторъ, услышавъ рыданія, вышелъ изъ своей комнаты и при яркой полосѣ свѣта озарившей корридоръ узналъ меня.
Тяжело намъ было обоимъ. Хотя онъ этого и не показывалъ, но въ глубинѣ души онъ былъ чрезвычайно доволенъ моимъ высокимъ мнѣніемъ о немъ. Теперь же онъ понималъ что я успѣла, послѣ утренней сцены. произнести о немъ приговоръ невыносимый для его самолюбія, раздраженнаго съ раннихъ лѣтъ, и разросшагося до колоссальныхъ размѣровъ. Досада которая овладѣла имъ заглушала чувство жалости въ его сердцѣ. Чтобы не уронить себя вторично въ моихъ глазахъ, онъ рѣшился меня озадачить и оскорбить холодностью.
-- Извините пожалуйста, сказалъ онъ тономъ утонченной учтивости, и отступилъ шагъ назадъ.
-- Вы отсупаете сегодня во второй разъ, Викторъ Николаевичъ, замѣтила я удаляясь; и подумала: "Стоитъ подышать воздухомъ этого дома чтобъ утратить всякое человѣческое чувство."
А между тѣмъ я знала что несмотря на преграды и на тяготѣющій надъ нами гнетъ, и въ этомъ домѣ соединились два существа чувствомъ которое имъ приносило минуты полнаго счастья.
Мнѣ было страшно нарушить ихъ téte-à-tête. Я понимала что я лишняя между ними, и что они поблагодарятъ меня за каждую минуту отсутствія. Заносчивость моя остыла; я уже начинала испытывать невольный страхъ, предвидя гнѣвъ тетушки и неизбѣжную сцену если я предъ ней не покаюсь. Я рѣшилась сойти, просила прощенія, и княгиня, прочитавъ нравоученіе о необходимости послушанія, великодушно меня простила, взявъ съ меня слово что я впередъ не буду писать стиховъ.
Возвратившись на верхъ я объявила что была у тетки. Оля бросилась меня цѣловать, но я холодно отвѣчала на ея ласки. Когда мы остались наединѣ я замѣтила что ей было не ловко, какъ будто она въ чемъ-нибудь провинилась. Она раздѣлась, не взглянувъ на меня, не сказавъ слова; а мнѣ было больно что она жертвовала мною своей любви къ Володѣ; а больнѣе всего было то что меня никто не любилъ.
Долго мы не ложились, выжидая чтобы которая-нибудь заговорила первая; наконецъ я рѣшилась прервать молчаніе.
-- Я право не знаю что съ нами будетъ если узнаютъ что Володя проводитъ съ нами вечера, начала я.
Этимъ замѣчаніемъ, въ которомъ высказывалась моя тайная досада, я достигла своей цѣли. Оля ясно поняла что я угадала ея чувство и отношусь къ нему безъ участія. Она сѣла молча на постель. Я сознавала что страшно ее оскорбила, но была такъ ожесточена что легла не попытавшись даже помириться съ ней, погасила свѣчу и прикинулась спящею. Но мнѣ было такъ горько, и совѣсть такъ меня мучила что я заснуть не могла, и слышала какъ Оля тихо плачетъ.