-- А поплясать любишь? спросила она съ своей милою улыбкой.
Мы съ сестрой сидѣли на вытяжкѣ и только переглядывались. не смѣя отвѣчать на ея ласки; еще менѣе рѣшились мы отвѣчать на послѣдній вопросъ; княгиня насъ вывела изъ затрудненія.
-- Гдѣ же имъ плясать? сказала она своимъ однообразнымъ голосомъ, и медленно растягивая слова.-- Я бываю только у родныхъ, да у близкихъ знакомыхъ, а отъ вечеровъ совсѣмъ отвыкла.
-- Ахъ, кузина! возразила Прасковья Александровна,-- вѣдь не ихъ же вина что мы съ тобой ни на что не годны и принуждены сидѣть дома за вязаньемъ или за картами! Неужели и онѣ у тебя все дома сидятъ?
-- У меня дома свои обязанности, сухо возразила княгиня;-- а ихъ обязаность покориться.
-- Оно такъ, оно такъ, кузина. Я знаю что ты примѣрная женщина, а все-таки дѣвочекъ не мѣшаетъ повеселить. Ты мнѣ ихъ поручи.
-- Это пожалуй, это можно, отвѣчала княгиня.
-- Оставь-ка ихъ у меня сегодня на цѣлый день, мы короче познакомимся.
-- Съ удовольствіемъ, отвѣчала тетка.
Прасковью Александровну мы не поблагодарили, а княгинѣ сказали: "Merci, ma tante." Но какъ только она уѣхала, мы бросились какъ помѣшанныя на Прасковью Александровну, цѣловали ея руки и чуть не удушили ее въ своихъ объятіяхъ.