-- Вы, кажется, развеселили общество на мой счетъ, Викторъ Николаевичъ, начала было она.... но не успѣла кончить своей фразы. Въ комнату вошелъ вдовецъ генералъ, предметъ тайныхъ мечтаній Надежды Павловны.
Этотъ генералъ былъ добрѣйшій человѣкъ, даже не вѣрилось что онъ принадлежалъ къ разряду генераловъ той эпохи. Я его живо помню и могла бы, кажется, нарисовать на память его плѣшивую голову и уцѣлѣвшіе на затылкѣ волосы, тщательно раздѣленные на двѣ пряди разложенныя къ вискамъ, его длинный азіятскій носъ и длинные черно-рыжеватые усы.
-- Здраствуйте, милыя мои барышни, сказалъ онъ какъ и всегда ласково, и пожалъ намъ руки.-- Что это вы такъ худы? Въ чемъ душа живетъ! Не хорошо. Надежда Павловна,-- продолжалъ онъ, подавая ей чашку,-- вы меня угостили сегодня такимъ чаемъ что просто обопьешься. Пожалуйте-ка еще чашечку.
-- А развѣ я васъ не всегда угощаю хорошимъ чаемъ? спросила улыбаясь и жеманясь Надежда Павловна.
-- Нѣтъ, не всегда. Вы иногда бываете прежестокія.
-- Полноте.... Я васъ, кажется, слишкохмъ балую.... А вы сегодня въ выигрышѣ?
-- Куда! Княгиня ремизится.
-- Вотъ вамъ чашка.... и моя рука на счастье. Я велю подогрѣть самоваръ, а между тѣмъ приду взглянуть на игру.
-- Сдѣлайте одолженіе.
Генералъ вышелъ, пожавъ ей руку. Лицо ея просіяло.