-- Еслибы авторъ этой книги желалъ, чтобы его настоящее имя стало извѣстно, то напечаталъ бы его.
-- Покорнѣйше прошу не отвиливать, сэръ. Это совершенно безполезно, потому что вы понимаете, что я знаю то, что знаю,-- (онъ повторилъ это съ усиленной злобой).-- Я знаю имя настоящаго автора этого... этого прекраснаго произведенія. И узналъ его изъ достовѣрнаго источника.
-- Кто сказалъ вамъ?-- спросилъ Маркъ такимъ измѣнившимся голосомъ, что самъ его не узналъ. "Неужели Гольройдъ довѣрился этому сердитому старому джентльмену?"
-- Джентльменъ, имѣющій, кажется, честь быть вашимъ родственникомъ, сэръ. Видите ли, что я васъ знаю, м-ръ... м-ръ Кириллъ Эрнстонъ. Можете ли вы отрицать это?
Маркъ съ облегченіемъ перевелъ духъ. Какого страху натерпѣлся онъ! Старый джентльменъ очевидно воображалъ, что открылъ Богъ вѣсть какую литературную тайну. Но что его такъ разсердило?
-- Разумѣется, нѣтъ,-- отвѣчалъ Маркъ твердымъ и спокойнымъ тономъ. Я -- Кириллъ Эрнстонъ. Мнѣ очень жаль, если это вамъ непріятно.
-- Это очень мнѣ непріятно, сэръ. Я имѣю основательныя причины быть недовольнымъ и это вамъ хорошо извѣстно.
-- Неужели?-- вяло переспросилъ Маркъ.-- Представьте, однако, что мнѣ это рѣшительно неизвѣстно.
-- Ну такъ я вамъ скажу, сэръ. Въ этомъ своемъ романѣ вы вывели одно дѣйствующее лицо... позвольте... по имени Блакшо... удалившагося отъ дѣлъ провинціальнаго стряпчаго, сэръ.
-- Очень можетъ быть; чтожъ дальше?