-- Такъ то манза, а то японецъ! Эхъ, голова!
-- Не ори, чортъ!
-- А отчего японецъ все обходомъ на насъ идетъ, а наши не обходютъ?..
-- Въ случаѣ чего, ежели убьютъ, такъ ты, Микешка, не забудь, табакъ-то у каптенармуса на сохранности, половину ему, а другую себѣ возьми,-- наставительно говорилъ чей-то хриплый голосъ.
Когда Сафоновъ вернулся и сталъ отъ фонаря закуривать трубку, лицо его было блѣднѣе обыкновеннаго.
-- Боже мой, какая тьма! -- заговорилъ Тима, нервно пощипывая усы и подергивая плечами.-- Въ двухъ шагахъ зги не видать. Ощупью шелъ; гаолянъ этотъ предательскій шелеститъ... Не знаю, что только будетъ, если они нагрянутъ... Пришлось солдата ударить... Чортъ знаетъ! Противно вспомнить... Бить впотьмахъ -- это какъ-то особенно отвратительно!
-- Да за что ты ударилъ его?
-- Нельзя... добрался до третьяго поста, нащупалъ, а онъ лежитъ на бороздѣ и спитъ! Ничего не слышитъ... Съ перепугу на меня же набросился, за шею схватилъ... Чортъ его знаетъ, напуганы люди... нервничаютъ... Хорошо бы теперь водки хватить!
Сафоновъ вынулъ часы.
-- Половина двѣнадцатаго! Надо гасить фонарь, могутъ замѣтить!