-- Совсѣмъ близко, вашбродіе!
-- Хорошо. Часового назадъ! Карташовъ! Живо убрать палатки! Четвертаго взводнаго ко мнѣ! Не шумѣть, не стучать и не разговаривать! Отозвать посты и дозоры!
Тима нервно ощупалъ кобуръ револьвера, поправилъ шашку и прошепталъ:
-- Кажется, дождались... Что будетъ, то будетъ.
Молчаливое кладбище зашевелилось. Кто-то неосторожно звякнулъ котелкомъ, гдѣ-то лязгнулъ штыкъ, щелкнули замки винтовокъ. Быстро снялась и собралась полурота. Во мракѣ чувствовалось учащенное дыханіе людей. Тима вполголоса отдавалъ приказанія. Четвертый взводъ былъ посланъ вправо, для прикрытія склона со стороны долины. Съ остальными Сафоновъ двинулся черезъ кладбище по направленію къ покинутой фанзѣ. Крадучись, пробирались люди черезъ густыя заросли, осторожно обходя гробы, ощупывая каждый шагъ, стараясь не растеряться и не отстать. Добравшись до края, гдѣ рѣдѣлъ кустарникъ и начинался скатъ, люди растянулись и залегли цѣпью, притаивъ дыханіе и напряженно прислушиваясь.
Вдругъ снизу явственно донесся шорохъ и какой-то металлическій звукъ.
Не успѣлъ Сафоновъ произнести до конца команду, какъ люди уже щелкнули замками, и грянулъ нестройный залпъ. Что-то зазвенѣло внизу, раздался отчаянный вопль, который сталъ быстро ослабѣвать и замеръ въ отдаленіи... И затѣмъ снова настала глубокая тишина.
-- Странно,-- говорилъ Сафоновъ дрожавшимъ отъ волненія голосомъ:-- что они не отвѣтили, узнавъ, гдѣ мы находимся... Или ихъ очень мало было.
-- Можетъ быть, это были развѣдчики.
-- И это возможно. Ну хорошо, что этимъ и кончилось. Хотя, быть можетъ, они съ праваго фланга, съ долины пойдутъ, а здѣсь только для отвода глазъ. Но тотъ взводъ молчитъ... Ничего не слышно...