-- Что-о? Пособить? Назадъ! Безъ васъ донесутъ. Ступай въ свою часть! -- гнѣвно закричалъ фельдфебель, собравъ силы.-- Ступай назадъ, а то съ носилокъ слѣзу.
-- Да мы, господинъ фельдфебель, для подмоги, значитъ...
-- Молчать! Въ цѣпь назадъ! А то, какъ въ собакъ, стрѣлять буду! Сволочь! Трусы проклятые! Налѣво! Крутомъ, маршъ!
Солдаты неохотно повернули назадъ и лѣниво поплелись къ позиціямъ.
Пронесли партію убитыхъ, съ головы до ногъ укрытыхъ шинелями. Проковылялъ офицеръ, съ разутой ногой, перевязанной около колѣна. Неподалеку отъ стрѣлковой цѣпи, откуда неслась безпрерывная, частая трескотня "пачекъ", интендантъ и парковый офицеръ были заняты разгрузкой двуколокъ съ хлѣбомъ и съ патронами. Хлѣбъ тутъ же раздавался проголодавшимся солдатамъ, патроны же подносились въ цѣпь. Надъ этой группой отъ поры до времени съ шипѣніемъ проносились шальные снаряды, но, благодаря "перелету", рвались въ сторонѣ надъ длинной полосой гаоляна. Какой-то стрѣлковый солдатикъ, съ наскоро перевязанными головой и кистью лѣвой руки, подошелъ къ интенданту.
-- Хлѣбушка-бы, вашбродіе...
-- Ты бы лучше на перевязочный пунктъ шелъ,-- тамъ тебѣ и горячей пищи дадутъ и перевяжутъ, какъ слѣдуетъ!
-- А далече это будетъ?
-- Версты двѣ-три.
-- А-а! Нѣтъ, ужъ вы, вашбродіе, хлѣбушка-то дайте, я лучше въ цѣпь къ своимъ ворочусь.