Графъ кинулся по ея слѣдамъ, между развалинами старыхъ домовъ, громоздящихся около церкви Святаго Игнатія.
У сумасшедшей будто выросли крылья. Десять разъ терялъ онъ ее изъ виду, такъ скоро бѣжала она по неровной дорогѣ, загроможденной телѣжками, навозными кучами и вязанками хворосту, заготовленнаго на зиму.
Вдругъ она исчезла въ темнотѣ глухаго переулка и полковникъ долженъ былъ остановиться, не зная куда идти.
Къ счастію, черезъ нѣсколько минутъ потухающій желтоватый свѣтъ лампы освѣтилъ глухой переулокъ черезъ маленькое оконце. Этотъ свѣтъ былъ неподвиженъ. Вскорѣ его заслонила тѣнь, потомъ онъ вновь показался.
Очевидно живое существо бодрствовало въ этомъ чуланѣ.
Что дѣлалось тамъ?
Не долго думая, полковникъ пошелъ прямо на свѣтъ. Онъ увидѣлъ сумасшедшую, стоящую посреди улицы въ грязи; глаза ея были устремлены на свѣтъ, ротъ открытъ. Она тоже наблюдала за освѣщеннымъ окошечкомъ уединеннаго домика.
Появленіе графа, казалось, не удивило ее. Протянувъ руку къ освѣщенному окошечку, она сказала: "здѣсь" такъ выразительно, что графъ задрожалъ, бросился къ двери чулана, отворилъ ее ударомъ плеча и очутился въ темнотѣ.
Сумасшедшая стояла за нимъ.
-- Шш! сказала она.