Протестъ Мартына д'Аухъ былъ вписанъ въ реэстръ. Итакъ какъ кто-то предложилъ послать депутацію его величеству, чтобы выразить ему наше глубокое огорченіе и т. д., то собраніе коротко и ясно назначило дли засѣданія понедѣльникъ 22-го числа, въ обыкновенные часы; постановляя, кромѣ того, что если въ залѣ Меню будетъ королевское засѣданіе, то всѣ члены третьяго сословія останутся послѣ засѣданія, чтобы заняться своими собственными дѣлами, т. е. дѣлами народа.
Въ шесть часовъ собраніе разошлось.
Услыхавъ о происшедшемъ, графъ д'Артуа, съ удивленіемъ увидя, что въ залѣ игры въ мячъ можно устраивать такого рода собранія, поспѣшилъ заранѣе занять ее, чтобы позабавиться 22-го. На этотъ разъ бѣдный принцъ былъ увѣренъ, что мы не будемъ знать, куда преклонить голову.
На слѣдующій день король прислалъ намъ сказать, что засѣданіе будетъ не 22-го, а 23-го; это значило продолжать наши мученія. Но увы! дворяне видно не подумали, что въ Версали существуютъ другія мѣста кромѣ залы игры въ мячъ и залы Меню. Такимъ образомъ, 22-го числа увидавъ, что обѣ эти залы закрыты, собраніе отправилось во-первыхъ въ часовню Реколе, которая оказалась недостаточно обширной, потомъ въ церковь святого Людовика, гдѣ всѣмъ было мѣсто.
Великолѣпный планъ графа д'Артуа, принцевъ де-Конде и де-Конти былъ такимъ образомъ разстроенъ. Нельзя же все предвидѣть! Кто могъ когда нибудь предположить, что мы отправимся въ церковь святаго Людовика, и что духовенство само придетъ туда къ намъ? А между тѣмъ, мэтръ Жакъ, эти-то великіе люди держали насъ въ униженіи впродолженіи вѣковъ! Теперь легко видѣть, что причиною этому было одно невѣжество наше, и что упрекать ихъ нельзя. Простенькая Жавета Парамель въ Баракахъ, съ своей толстой красной шеей, хитрѣе ихъ.
Около полудня г. Бальи объявилъ намъ, что онъ получилъ извѣщеніе, что большинство духовенства явится въ собраніе, чтобы сообща заняться дѣлами. Дворъ зналъ объ этомъ съ 19-го числа; и чтобы во что бы то ни стало помѣшать этому собранію, они и заперли залу Меню, и приготовляли королевское засѣданіе.
Духовенство собралось сначала на церковныхъ хорахъ, потомъ оно присоединилось къ намъ внизу въ церкви, тутъ произошла трогательная сцена; сельскіе священники увлекли своихъ епископовъ, и сами епископы почти всѣ образумились.
Только одно духовное лицо, аббатъ Мори, сынъ сапожника изъ графства Венессена, почувствовалъ, что достоинство его будетъ задѣто, если онъ смѣшается съ депутатами третьяго сословія. Въ свѣтѣ часто приходится видѣть удивительныя вещи!
Несмотря на этого аббата, всѣхъ болѣе возстававшаго противъ соединенія, мы произнесли нѣсколько рѣчей въ защиту соединенія, поздравляя другъ друга, послѣ чего засѣданіе было окончено и назначено на другой, день во вторникъ въ девять часовъ въ обыкновенномъ мѣстѣ собранія, т. е. въ залѣ Меню.
Такимъ образомъ наступило 28-е число, день королевскаго засѣданія.