-- Он нехорош собой, это правда, но мне нравится выражение его лица.
-- И мне также, -- отвечала Оленька: -- когда он разговаривает, у него очень приятное выражение. Нет, он вовсе не так дурен; это мне так вчера показалось, я его не разглядела. Кто он, Саша? У него манеры препорядочные.
-- Он учитель истории и еще чего-то не помню в каком-то пансионе.
-- Учитель? Он не похож на русских учителей. Помнишь, нас прежде учил Федор Никифорович: на что он был похож? Не знает, куда руки девать и говорит поелику, а ведь умный человек и ученый тоже. Этот совсем не такой, совсем нет. Есть у него родные? Как его зовут?
-- Его зовут Григорий Николаевич, а кто он такой и кто его родные, я право не знаю, -- отвечал Саша: -- знаю только, что он везде и со всеми умеет держаться на своем месте.
-- У меня бывали товарищи, богатые студенты: посмотрела бы ты, как все с ним обращались хорошо.
-- Он что делает? Служит? -- спросила Оленька.
-- Нет еще, он, кажется, хочет держать экзамен на магистра, пойти по ученой части.
-- Охота ему, какая скука!
Тут позвонили к ужину, и тем кончился разговор брата с сестрой о Неверском.