— Охота связываться с этой дрянью! — вспыльчиво крикнул Ефрем.
— С Фелицатой Никаноровной? — спросил Николай, удивленно расширяя глаза.
— Да, с этой противной ханжой.
— Чем же дрянь?.. Разве вот отсталых убеждений, а то она хороший человек.
Ефрем усмехнулся.
— Ну, хороший и хороший. У меня свое мнение о ней… Но это в сторону. Значит, ежели уговорить отца, Мартин Лукьяныч согласится?
— Пожалуй что… Да вы, Ефрем Капитоныч, самое бы лучшее Татьяне Ивановне?..
— Гм… как бы вам объяснить? Ну, одним словом, нельзя.
— Эх, а господа-то завтра уезжают! — с сожалением воскликнул Николай.
— Так вы поговорите сами с Лизаветой Константиновной.