-- Но вы, если не ошибаюсь, такъ мало видѣли "культурныхъ"-то людей... какъ же вамъ судить о нихъ? Мнѣ Марѳа Петровна что-то говорила о васъ; вѣдь, вы вродѣ Робинзона какого-то жили гдѣ-то тамъ, въ степи?
Шигаевъ покраснѣлъ отъ досады и стыда.
-- Я не знаю, съ чѣмъ сходствуетъ моя біографія,-- возразилъ онъ сухо,-- можетъ быть, и съ сочиненіемъ г. Дефоэ... И я людей культурнаго слоя, дѣйствительно, видѣлъ слишкомъ мало-съ, если не считать здѣсь, въ Кисловодскѣ... Но, кромѣ того, я еще слышалъ... слухомъ земля полнится... и, судя по ихъ положенію и образованію, думалъ о нихъ совсѣмъ иначе-съ.
-- Ого! такъ тутъ значитъ не объ одномъ Пленушкинѣ рѣчь.
-- Рѣчь моя будетъ обо всѣхъ-съ... Минуя всякія душевныя качества, я, все-таки, возмущаюсь образомъ дѣйствій этихъ людей.-- Онъ съ язвительною проницательностью посмотрѣлъ на нее и послѣ мгновенной нерѣшительности добавилъ:-- Матеріалы для сужденій мнѣ, напримѣръ, даетъ и сожитель мой, Сосипатръ Василичъ Талдыкинъ...
-- Какой это Талдыкинъ? ворчитъ постоянно? бутафорскіе громы мечетъ?
-- Именно-съ... Онъ хотя и бутафорскіе...
-- А, "это Діогенъ съ Пушкинской улицы",-- равнодушно сказала Зиллоти.-- Такъ онъ здѣсь? Какъ это такъ случилось, что я его не встрѣчала? И Вохина не встрѣчала! Ужь онъ не прячется ли отъ меня.
-- Я нахожу, что ему нѣтъ резоновъ прятаться отъ васъ.
-- Развѣ?... А! такъ онъ вамъ, значитъ, набормоталъ кое-что... Не отговаривайтесь, не отговаривайтесь, вижу!... Но зачѣмъ это вы сердитый видъ такой дѣлаете? Развѣ васъ ужь такъ интересуютъ мои культурные изъяны?-- и она засмѣялась прямо въ лицо Шигаеву и вдругъ, сдѣлавшись серьезной, сказала:-- Знаете что? Идите вы къ Гирею и прикажите привести двѣ лошади... Вы хотите со мной верхомъ ѣхать? Вы умѣете? Въ программу вашей "робинзонады" входило катанье верхомъ? Ахъ, я, вѣдь, и забыла, что мы уже проектировали скакать съ вами повсюду! И вы очень тогда разсердились?... Ну, идите же. А я пойду надѣну амазонку и поручу все закупить... Или нѣтъ, подождите... постойте...-- и она снова прижалась къ его рукѣ,-- давайте еще разъ пройдемтесь по аллеѣ; этотъ чахоточный запахъ не даетъ мнѣ покоя. Такъ развѣ вы не разобрали сразу суть-то Діогенову? Вѣдь, это самолюбивѣйшій дармоѣдъ, напичканный высочайшимъ самохвальствомъ... вѣдь, это отвратительнѣйшій трутень!