-- Онъ не студентъ,-- съ подтвердила Зиллоти,-- онъ просто необразованный, но не глупый и начитанный купецъ изъ Воронежской губерніи. Но кто же его принималъ за студента?
-- Какъ можно ошибаться по костюму!-- въ нѣкоторомъ смущеніи вымолвилъ Евгеній Львовичъ, не отвѣчая на вопросъ.
-- Ахъ, Максимъ Григорьевичъ!-- съ живостью произнесъ Валерьянъ,-- онъ мнѣ ужасно нравится. Отчего онъ къ намъ не ходитъ?... Зиллоти, приведите его какъ-нибудь къ намъ.
-- Но поверхностенъ...-- мягко замѣтилъ Евгеній Львовмчъ,-- онъ слишкомъ смѣлъ съ тѣмъ багажемъ, которымъ располагаетъ. Я нахожу, что тотъ, другой, г. Талдыкинъ, гораздо основательнѣе. У того есть этакая закваска, дѣловитость, знакомство съ фактами; видно, что человѣкъ думалъ, учился...
-- О, г. Талдыкинъ весьма ученый человѣкъ!-- съ притворнымъ простодушіемъ воскликнула Зиллоти, обращая любопытный взглядъ на Евгенія Львовича, и когда онъ ушелъ, торопливо досмотрѣвъ на часы, она съ усмѣшкой сказала Валерьяну:-- Удивительно наивный человѣкъ вашъ братъ!
-- Напускное, напускное все у него,-- съ горечью проговорилъ Валерьянъ,-- вся эта льстивость, всѣ эти погони за популярностью, за интеллигентною молодежью,-- все напускное. А я увѣренъ, его гораздо больше интересуетъ вновь изобрѣтенная электрическая лампа для кабинета или какой-нибудь купальный шкафъ, чѣмъ важные вопросы, о которыхъ онъ толкуетъ. Ужасно его испортила эта эстетика!
-- Но Талдыкинъ совершенное бревно! Какъ же онъ съ его образованіемъ...
-- Фи, какое у него образованіе! Верхушки, эти заграничныя лекціи на лету... Я увѣренъ, онъ гораздо болѣе смыслитъ въ счетоводствѣ департамента... какъ называется этотъ департаментъ, который завѣдуетъ акцизными налогами?
-- Акцизными налогами? Ну, не знаю,-- и они разомъ расхохотались надъ своимъ невѣжествомъ.
-- Какой я гадкій, однако же! Женя очень добрый, -- съ прискорбіемъ вымолвилъ Валерьянъ, переставъ смѣяться.-- О, моя дорогая, какой я гадкій!