-- Но Писаревъ, отрицая эстетику, тѣмъ не менѣе...
-- Что вашъ Писаревъ! Писаревъ барченокъ, шваль. Вся суть въ народной психикѣ, говорю я.
"Вотъ тебѣ на!" -- воскликнулъ про себя Шигаевъ и, предполагая, что на этотъ разъ несомнѣнно угадалъ Талдыкина (онъ забылъ о вчерашней эволюціи "лисьяго хвоста"), торопливо заговорилъ:
-- Нѣтъ спора, что литература проникла во многія стороныдеревенскаго быта. Народъ... это вы совершенно правы! Беллетристы-народники освѣтили такую область...
-- Еще бы не освѣтить! Цѣлую прорву освѣтили,-- саркастичесли перебилъ Талдыкинъ.
-- Успенскій, Златовратскій...
-- И прочая, и прочая. Цѣлую прорву освѣтили!
-- Но, въ такомъ случаѣ, мнѣ ваши выводы неудобопонятны-съ.
-- Жаль. Дѣло очень просто. Вы живали бокъ-о-бокъ съ мужикомъ? Вы въ, лаптяхъ хаживали? Если живали, такъ и безъ этихъ баснописцевъ должны чувствовать суть... нутромъ-съ!
-- Но какимъ же манеромъ вы говорите: баснописцевъ?