Валерьянъ нетерпѣливо пожалъ плечами и снова обратился къ разговору о Петербургѣ, который въ полголоса велъ съ Зиллоти и съ Марѳой Петровной.
-- Но какіе же были на ту пору руководители? -- не унимался Максимъ.
-- Люди трезвые, люди, приверженные твердой власти... Позвольте-съ!-- вскинулся Евгеній Львовичъ, предупреждая предполагаемое возраженіе.-- Въ основѣ я совершенно согласенъ съ молодежью... Вы говорите: свобода (Шигаевъ не открывалъ рта), я рѣшительно становлюсь на вашу сторону; вы говорите (онъ съ осторожностью шепнулъ что-то Шигаеву), я и къ сему съ наслажденіемъ примыкаю. Говоря о твердой власти, я говорю о принципахъ. Не правда ли? Далѣе: доказано, что власть фаталистически идетъ рука объ руку съ культурой... провиденціально идетъ!
-- Но кѣмъ же доказано-съ?
-- Осмѣлюсь напомнить Гизо, Чичерина (Шигаевъ умолкъ въ смущеніи: и Гизо, и Чичерина онъ зналъ только по именамъ); не мнѣ перечислять вамъ авторитеты. И такъ, я не поклонникъ власти въ ея всегдашнихъ проявленіяхъ, ибо я человѣкъ... И въ принципѣ тяготѣнія наши должны принадлежать власти. Взгляните на это шествіе государственности! Нужно сознаться, что оно великолѣпно.
-- Но вы -- "человѣкъ!" -- слабо заявилъ Макеимъ (онъ хотѣлъ сказать: "отвяжись отъ меня, ради Христа!").
-- Аргументъ чрезвычайно основательный,-- съ готовностью согласился Казариновъ,-- но... человѣкъ смертенъ! Власть меня огорчаетъ, это правда, но на завтра эта же власть поощряетъ меня. И замѣтьте, какая предусмотрительность природы: мое терпѣніе, сложенное съ насиліемъ власти (будто бы насиліемъ, а на самомъ дѣлѣ вовсе и не насиліемъ), даетъ въ итогѣ,-- онъ просіялъ и поднялъ палецъ, -- даетъ въ итогѣ проірессь!... Человѣкъ -- конкректное, власть -- абсолютное, то и другое, совокупляясь, рождаютъ прогрессъ! Не правда ли, какъ ясно?
-- Конечно,-- пробормоталъ Шигаевъ, съ тоскою посматривая на остальную компанію.
-- Мы съ вами люди культурные,-- понижая голосъ и все болѣе разгораясь отъ скрытаго наслажденія, говорилъ Евгеній Львовичъ,-- мы угнетены... мы принуждены видѣть, что какой-нибудь господинъ, указующій городъ Авиньонъ на рѣкѣ Днѣ, удостоенъ завидной награды... и, однако, колесо вертится своимъ порядкомъ! И въ довершеніе всего, согласитесь, что отъ нашего образа мыслей зависитъ грядущее!
-- То-есть какъ это-съ?-- почелъ нужнымъ возразить Шигаевъ.-- Я полагаю, есть законы...