И священники разстались. Часы на соборной колокольнѣ пробили девять.
Амаро вернулся доімой въ возбужденномъ, но радостномъ состояніи. Передъ нимъ разстилалась пріятная перспектива. Онъ зашагалъ взадъ и впередъ по комнатѣ, стараясь проникнуться сознаніемъ священнаго долга.
Въ качествѣ христіанина, священника и друга дома онъ былъ обязанъ пойти къ Амеліи и объяснить ей спокойно и безпристрастно, что за личность этотъ Жоанъ Эдуардо, за котораго она собиралась замужъ. Этотъ человѣкъ оклеветалъ друзей дома -- ученыхъ священниковъ, занимающихъ видное положеніе,-- опозорилъ ее, невинную дѣвушку, безобразно проводилъ ночи въ обществѣ негодяя Агостиньо, хвастался своимъ невѣріемъ, не былъ уже шесть лѣтъ у исповѣди. Не могла же она выйти замужъ за такого человѣка. Онъ не позволилъ бы ей ни молиться, ни поститься, ни исповѣдаться, заставилъ бы ея душу погрязнуть во грѣхѣ. Нѣтъ, Амелія не должна была ни въ какомъ случаѣ выходить замужъ за него.
Сердце Амаро сильно билось отъ радостнаго чувства надежды. Онъ могъ взяться теперь за дѣвушку, снова завладѣть ея душою... Статья въ Областномъ Голосѣ была забыта, настоятель успокоился. Амаро могъ безпрепятственно ходить на улицу Милосердія, попрежнему проводить тамъ вечера, видѣть дѣвушку, наставлять ее на путь истины...
И видитъ Богъ, онъ дѣлалъ это не изъ злого чувства и не для того, чтобы разбить бракъ дѣвушки. Случайно, правда, его интересы совпадали съ долгомъ священника, но если-бы Амелія была безобразна, глупа и косоглаза, онъ все-таки отправился бы на улицу Милосердія и сорвалъ бы маску притворства съ клеветника и атеиста Жоана Эдуардо.
Эти разсужденія успокоили Амаро, и онъ легъ спать съ чистой душой.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Въ слѣдующій вечеръ, подходя къ дому сеньоры Жоаннеры, Жоанъ Эдуардо былъ очень удивленъ при видѣ священника со Св. Дарами, показавшагося на углу улицы, со стороны собора.
Процессія направлялась къ дому его невѣсты. Подъ балдахиномъ блестѣло золотое облаченіе отца Амаро; впереди шелъ мальчикъ съ колокольчикомъ. Въ темной ночи разливался непрерывный звонъ большого колокола,
Жоанъ Эдуардо побѣжалъ въ испугѣ къ дому невѣсты и узналъ, что священникъ идетъ соборовать передъ смертью разбитую параличомъ тетку Амеліи.