-- Что я вамъ говорилъ? Снюхались, конечно. Все устроилось.
И онъ обратился къ Жоану Эдуардо:
-- Повезло-же вамъ! Поздравляю, поздравляю.
Карлосъ рѣшилъ мысленно, что это невѣроятный скандалъ, и собирался уйти въ негодованіи, когда сеньоръ комиссаръ появился вдругъ на порогѣ своего кабинета. Всѣ снова поднялись.
Его превосходительство сдѣлалъ два шага въ комнатѣ и произнесъ съ вѣсомъ, отчеканивая слова и устремивъ строгій взоръ на преступника.
-- Отецъ Амаро, искренно добрый и сострадательный служитель церкви, пришелъ просить меня не давать хода этому дѣлу. Онъ справедливо не желаетъ, чтобы его имя трепалось по судамъ... Кромѣ того, религія требуетъ, какъ онъ говоритъ... чтобы люди прощали обиды. Онъ признаетъ, что вашъ поступокъ отвратителенъ, но вамъ не удалось привести свое намѣреніе въ исполненіе... При этомъ вы были пьяны, сеньоръ.
Глаза всѣхъ устремились на Жоана Эдуардо, который густо покраснѣлъ. Ему было бы, кажется, легче выслушать приговоръ о тюремномъ заключеніи.
-- Однимъ словомъ, по соображеніямъ высшаго порядка, я беру ваше освобожденіе на свою отвѣтственность. Но будьте осторожны. Мы будемъ слѣдить за вами. А теперь ступайте съ Богомъ.
Его превосходительство удалился въ свой кабинетъ. Жоанъ Эдуіардо продолжалъ стоять, какъ вкопанный.
-- Можно уходить?-- пробормоталъ онъ.