-- Итак, противники отклоняют примирение, - быстро постановил внепартийный. - Я прошу их обратить внимание на мою команду. Я буду считать: раз, два, три. Противники могут стрелять между "раз" и "три", но отнюдь не до начала команды и не после "три".
Пистолеты были обстоятельно заряжены. Секунданты кинули о них жребий, и мой коллега подал один из пистолетов еврею.
-- Господин Перльмуттер, - промолвил он официальным тоном, - я передаю вам оружие нашей корпорации. Вам делает честь, что вы решили завершить ваше столкновение по рыцарски-студенческому способу, вместо того чтобы бежать к судье. Я надеюсь, что и здесь, на этом месте, вы окажете честь нашему оружию.
Он всунул пистолет ему в руку. Господин Перльмуттер взял пистолет, но рука его так дрожала, что он едва мог держать в ней оружие.
-- Черт возьми, да не вертите вы им во все стороны! - продолжал мой товарищ. - Опустите пистолет. По команде "раз" поднимайте его с быстротою молнии и стреляйте. Не вздумайте целить в голову: так вы никогда не попадете. Цельтесь в живот - это самое надежное. А после того как выстрелили, держите пистолет высоко перед лицом: это ваше единственное прикрытие. Пользы от него, конечно, немного, но все-таки может случиться, что ваш против- ник, если он выстрелит после вас, попадет вместо вашей персоны в пистолет. И побольше хладнокровия, господин Перльмуттер.
-- Бла-бла-годарю, - промолвил еврей.
Мой товарищ взял меня под руку и отошел со мной в сторону, в лес.
-- Я, честное слово, желал бы, чтобы наш еврейчик взгрел Меркера, - проворчал он, - я не выношу этого болвана. А кроме того, он, по всей вероятности, сам еврей.
-- Но ведь он самый свирепый жидоед во всем студенческом корпусе! - возразил я.
-- Вот именно поэтому. Я давно подозреваю Меркеров. Погляди только на его нос. Может быть, он крещеный, и родители его тоже, но только все-таки он еврей. Наш заика не что иное, как помесь прокислого пива и плевков, но он будет мне форменным образом симпатичен, если он пригвоздит длинного Меркера. И, в сущности, это просто скандал, что мы притащили сюда этого беднягу, как теленка, на бойню.