Ничего больше не было, кроме этого мягкого ощущения, ничего -- в течение долгого времени... Драгоценнейший, глубочайший покой! И временами легкое пробуждение и снова приятное ощущение: "Теперь я лежу в кровати и сплю".
* * *
Открыв глаза и оправившись, она услышала какое-то прихлебывание. Перед нею стояла старая женщина. Она засмеялась, побежала и громким голосом крикнула:
-- Синьоре!
Эндри осмотрелась. В комнате на мраморных плитах было много солнца. Окно стояло раскрытое настежь -- около него вился виноград.
Вошел Ян.
-- Как ты, Приблудная Птичка? -- воскликнул он. -- Ты проспала тридцать восемь с половиной часов. Скажи-ка, ты привезла с собою какие-нибудь вещи?
-- Нет, -- засмеялась она. -- Даже ни одного носового платка.
Он вытащил из кармана свой и бросил ей.
-- Возьми пока мой. Это -- единственное, о чем я забыл. Я так и думал, что ты не заберешь с собою багажа. -- Он указал на стул: -- Это я купил с Антонией -- платье, белье, чулки, ботинки, надеюсь, подойдет. Потом ты уж сама себе купишь, а на сегодня как-нибудь сойдет. А теперь поторапливайся, Приблудная Птичка, я жду тебя завтракать на террасе.