Нельзя опустить существенно-важной черты, говоря о сквайрѣ Монкбери: онъ пользовался правомъ давать окорокъ -- право, перешедшее къ его предкамъ вмѣстѣ съ землями Донмовскаго Пріорства; одно это заставляло уже Іону Неттельбеда уважать сквайра.
Другіе любили и уважали его за доброту, справедливость и обходительность. Со всѣми обращался онъ одинаково, но никому не позволялъ фамильярничать съ собою. Особенно-ласковъ и привѣтливъ онъ былъ съ женами и дочерьми своихъ фермеровъ. Любилъ бывать у нихъ посажонымъ и крестнымъ отцомъ, и при этомъ всегда давалъ подарки, а часто готовилъ и все приданое бѣдной невѣстѣ. Всѣ также хвалили безпристрастіе, съ какимъ онъ отправлялъ должность мирнаго судьи. Онъ былъ очень-благотворителенъ и давалъ содержаніе множеству состарѣвшихся слугъ и фермеровъ. Часто сидѣли за его столомъ, рядомъ съ богатыми гостями, простые и бѣдные люди; а кого изъ приходившихъ въ замокъ поселянъ и горожанъ не приглашалъ онъ за свой столъ, тѣхъ угощалъ вмѣстѣ съ слугами; безъ обѣда или ужина никто не уходилъ отъ сквайра Монкбери, словомъ, всѣ въ околоткѣ считали его лучшимъ помѣщикомъ, какого только можно вообразить.
Сквайръ носилъ платье стариннаго покроя, временъ Вильгельма III, не любя новыхъ модъ. Испанская шляпа съ широкими полями, парикъ съ длинными локонами, охотничій кафтанъ малиноваго цвѣта, высокіе сапоги съ отворотами -- этотъ солидный костюлъ очень шелъ къ величественной осанкѣ стараго холостяка, который былъ очень-высокаго роста, широкъ въ плечахъ и довольно-плотенъ. Лицо его сіяло здоровьемъ и весельемъ, темно-голубые глаза свѣтились добродушіемъ.
Докторъ Сайдботтомъ, донмовскій викарій, былъ постояннымъ собесѣдникомъ сквайра. Не одинъ десятокъ тетеревовъ они скушали вмѣстѣ, не одну бутылку роспили. Въ тотъ день, о которомъ мы говоримъ, сквайръ обѣдалъ у викарія и, какъ тогда былъ обычай, прощаясь послѣ обѣда, они условились провести вечеръ вмѣстѣ въ "Золотомъ Окорокѣ", за чашею добраго пунша, который Іона умѣлъ варить на-славу. Сайдботтомъ, человѣкъ до-чрезвычайности тучный, походилъ на своего собесѣдника въ томъ отношеніи, что былъ любезенъ съ равными, но не походилъ на сквайра тѣмъ, что былъ гордъ съ низшими. Вмѣстѣ съ нимъ и сквайромъ ѣхалъ въ гостинницу Поль Флитвикъ, старый, но еще бодрый охотникъ сквайра.
Х.
Пари.
Капитанъ Джоддокъ надѣлалъ много кутерьмы въ гостинницѣ. Долго только и слышно было топанье его огромныхъ сапоговъ, ревъ его громоваго голоса; онъ пѣлъ, кричалъ, любезничалъ и бранился, все въ одно время. Онъ сломалъ спинку стула, неосторожно садясь на него; крѣпкій дубовый столъ затрещалъ, когда онъ навалился на него локтями. Ни минуты не сидѣлъ онъ покойно. Когда Нелли пошла въ подвалъ искать Френка, Джоддокъ началъ ласкать Пегги, къ величайшей досадѣ Керроти Дика, который наконецъ уговорилъ ее отойдти прочь. Іона съ ужасомъ смотрѣлъ на безпорядокъ, производимый чудовищнымъ гостемъ въ его заведеніи, которое славилось благочинностью и тишиною. Онъ не зналъ, какъ избавиться отъ нахальнаго буяна, отъ котораго ожидалъ величайшихъ опасностей своему супружескому счастію. Обстоятельства были критическія. Іона старался ободриться превозмочь страхъ, наводимый на него грознымъ великаномъ, и собрался съ духомъ, когда Джоддокъ слишкомъ-запросто началъ любезничать съ Пегги. Іона громко кашлянулъ, чтобъ обратить на себя вниманіе Джоддока и придать болѣе звучности собственному голосу. Великанъ, передразнилъ его, крякнувъ, какъ пушка, и, подошедши къ смутившемуся хозяину, дружески хлопнулъ его по плечу, такъ-что Іона пошатнулся.
-- Ну, что скажете хорошенькаго, милый хозяинъ? сказалъ онъ.
-- Я... нерѣшительно началъ Іона, потирая плечо:-- я... извините... долженъ доложить вамъ, капитанъ, что не могу допустить такихъ поступковъ въ моемъ заведеніи. "Золотой Окорокъ" отличается строгимъ порядкомъ и приличіемъ. Прислуга соблюдаетъ всѣ правила, хозяева соблюдаютъ всѣ правила и гостей всегда просятъ соблюдать всѣ правила. Иначе они не могутъ оставаться въ "Золотомъ Окорокѣ".-- "Ну, хорошо же я его задѣлъ!" подумалъ онъ про-себя.
Джоддокъ разразился неистовымъ хохотомъ.