-- Две тысячи человек могут быть хоть сейчас выставлены в лондонском Сити, -- сказал сэр Джон Филпот. -- И если его величество поручит мне команду над ними, я могу немедленно выступить против мятежников. Даю свою голову на отсечение, если мне не удастся рассеять эту мятежную шайку.
-- Ваше предложение очень нам нравится, сэр Джон, -- заметил Ричард. -- Что вы на это скажете, милорд лорд-мэр? Можете ли вы уделить две тысячи человек?
-- Нет, государь! -- отвечал сэр Уильям Вальворт. -- Половины, даже трети этого числа нельзя теперь взять. Как я уже докладывал вашему величеству, среди граждан есть много недовольных, эти враждебно настроенные лица не замедлят произвести бунт, если ратники, которые одни только сдерживают их теперь, будут выведены.
-- Вы совершенно правы, -- заметил сэр Симон Бурлей.
-- Вот если бы здесь был герцог Ланкастер! -- воскликнул сэр Роберт Гэльс.
-- Гораздо лучше, что он в Роксбурге! -- воскликнул Филпот. -- Если бы он был здесь, то скорее принял бы предводительство над мятежниками, нежели помог бы в их усмирении.
-- Вы клевещете на его милость! -- с негодованием воскликнул лорд-казначей. -- Если бы его милость был здесь, то вы никогда не посмели бы высказать против него такое обвинение!
-- Остаюсь при своих словах, -- неустрашимо объявил Филпот.
-- Это обвинение лживо! -- воскликнул Чосер, выступая вперед. -- Так же лживо, как и то, которое ты сейчас высказал против меня, будто я принимал участие в заговоре мятежников в Дартфорде.
-- У меня есть доказательства моих слов: вечером накануне взрыва вас видели совещающимся с главарем мятежников, -- возразил Филпот. -- Советую его величеству задержать вас в Тауэре до тех пор, пока не будет подавлен мятеж.