-- Если вы согласитесь выслушать меня, мои добрые друзья, -- сказал Венедетто спокойным, убедительным тоном, -- то я докажу вам, что мы обращаемся с вами вовсе не так несправедливо, как вы думаете. Ведь не мы же наложили налог, на который вы так ропщете.
-- Но правительство не решилось само взыскивать налог, иначе оно никогда не запродало бы его вам, -- прервал Уот Тайлер.
-- Правительству спешно нужны были деньги, и мы ссудили ему их, -- сказал купец. -- По всей справедливости, не можете же вы ожидать, чтобы мы понесли убыток.
-- Вы даже надеетесь быть в большой прибыли, нисколько в этом не сомневаюсь, -- сказал Уот Тайлер. -- Но, думается мне, вы ошибетесь в расчете. Это была несправедливая сделка, которую не следовало вовсе заключать!
-- Но, мои добрые друзья, порицайте за это правительство, которое ее заключило, а уж никак не нас, ---- сказал Венедетго все тем же спокойным голосом. -- Если подушный налог слишком для вас обременителен, как это заметно в некоторых случаях, то вы могли бы обратиться к министрам с просьбой изыскать средства для расплаты с нами.
-- Вы шутите над нами, сударь, -- сказал Марк Кливер. -- Хотел бы я видеть, откуда министры возьмут деньги.
-- Нас попросту запродали, это ясно, как божий день, -- сказал другой из присутствующих, небольшого роста человек, в серой шерстяной куртке и высокой остроконечной шапке. -- Но как эти ломбардские купцы, так и министры одинаково раскаются в своей сделке.
-- Для портного ты храбрый малый, Элайджа Лирипайп,-- заметил Уот Тайлер. -- Не подрежешь ли ты уши этому подлецу, сборщику?
-- О, с величайшим удовольствием, вот так -- чик! На то у меня ножницы, -- ответил Лирипайп, уже готовый перейти от слов к делу.
-- Ему еще больше не поздоровится, если он предъявится ко мне! -- воскликнул сыровар, Джосберт Гроутгид. -- Я переломил бы его пополам, как кусок чеддра {Под чеддром здесь разумеется сыр, которым и теперь славится деревня Cheddar, в графстве Сомерсет, на юго-западе Англии.}.