За все это время поэт не переставал пожинать лавры. Назначенный послом при Генуэзской республике, он имел случай посетить Петрарку. Затем, по возвращении на родину и по окончании своего посольства при дворе Карла V французского, он получил очень прибыльную должность контролера таможенных сборов. Чосер не подвергся заветному посвящению ударом мешка, как впоследствии делалось с поэтами-лауреатами {Поэт-лауреат (лат. poeta laureatus) -- увенчанный лаврами поэт. Обычай прославлять любимых поэтов при жизни идет из Эллады, где на них надевали венки во время "мусикийских" состязаний. В Англии этот обычай возник лишь при Эдуарде III. Несколько позже стало правилом, чтобы король как бы посвящал поэта в особое рыцарское достоинство, только посредством удара мешком, а не мечом. С Эдуарда IV поэт-лауреат стал придворным чином, он был обязан сочинять оды на придворных торжествах.}, но королевский виночерпий каждый день подносил ему кубок вина.
Чосер сопровождал Эдуарда во Францию и присутствовал при неудачной осаде Реймса. Увлеченный примером герцога Ланкастера, с которым Чосер породнился через жену, поэт сделался приверженцем учения Виклифа, за что навлек на себя вражду духовенства и его сторонников!..
Со вступлением на престол Ричарда II до тех пор, пока герцог Ланкастер пользовался влиянием на своего царственного племянника, Чосер был в большой милости при дворе, но по мере того, как влияние герцога слабело, поэт все более и более отодвигался в тень. Незадолго до начала нашего рассказа он окончательно впал в немилость.
Помимо разнообразных своих занятий -- посольств, столкновений с духовенством, политических козней -- Чосер находил время создавать свои дивные поэмы. Но самое великое его произведение, "Кентерберийские сказки", доставившие ему неувядаемую славу вплоть до наших дней, было окончено лишь несколько лет спустя.
Между тем как поэт смотрел из окна, любуясь прекрасным вечером и забавным зрелищем праздника, а также предаваясь поэтическим мыслям, проносившимся в его уме, он вдруг заметил молодую девушку, проходившую через лужайку так близко от окна, что он мог судить об ее красоте. Она была так мила, так изящна, что он не мог оторвать глаз от нее и отказывался верить, чтобы сопровождавшая ее средних лет женщина, видимо, принадлежавшая к низшему классу, могла быть ее матерью.
В это время вошел хозяин с вином и булкой. На вопрос Чосера он сообщил, к немалому удивлению поэта, что молодая девушка, поразившая его своей красотой, -- дочь кузнеца Уота Тайлера.
-- Меня всегда удивляло, как могла родиться такая нежная, прелестная дочь от таких грубоватых родителей, но факт налицо, -- сказал Валдок. -- Крестьяне такого высокого мнения о красоте Эдиты, что дали ей прозвище Кентской Красотки.
-- И она вполне заслуживает его, -- заметил Чосер.
-- Она направляется теперь в монастырь, -- продолжал хозяин. -- Она не пропускает ни одной обедни, ни одной вечерни. Леди Изабелла, настоятельница монастыря, принимает в ней большое участие.
-- Эта прелестная девушка, вероятно, напоминает ей ее собственную молодость и красоту, -- сказал Чосер. -- В былое время не было создания прелестнее леди Изабеллы Кавершем. Я прекрасно помню ее. У нее было множество поклонников, между ними -- один знатный рыцарь, которому она отдавала предпочтение перед всеми другими. Но он изменил ей и женился на другой, с тех пор она замкнулась навсегда в этом монастыре.