-- В таком случае, вы разрешите мне оставить вас на время, -- сказал Сивард. -- Нужно позаботиться также об охране собора. Если эти кощунствующие негодяи найдут доступ туда, то, конечно, они не поцеремонятся завладеть сокровищами раки.
-- Ты совершенно прав! -- воскликнул сэр Джон. -- Иди же распорядиться, чтобы были приняты все необходимые предосторожности для защиты раки.
Глава XXXII. МОНАХ НОСРОК И ЕГО ЦЕПНЫЕ СОБАКИ
Отдав приказания челяди, которая обещала вполне повиноваться всем его распоряжениям, Сивард отправился в отдаленную часть дворца. Там, открыв дверь в стене, он вступил в коридор и пошел по тому самому направлению, по которому следовал когда-то святой Бэкет, спасаясь от преследования рыцарей-убийц.
Спустя несколько минут Сивард вступил в великолепную поперечную северную галерею. С тревогой заглянув оттуда вниз, в "корабль" собора, он увидел лишь несколько священников и монахов, расхаживавших по "крыльям" храма, да кучку молящихся, набожно склонивших колена около раки. Этот вид несколько успокоил его.
Затем сенешаль прошел на хоры, но и там не заметил присутствия каких-нибудь подозрительных пришельцев. Успокоенный мыслью, что может вовремя предупредить всякое посягательство на святой храм, он обошел его кругом и велел закрыть все входы. При этом он строго-настрого приказал сторожам не позволять никому входить в собор, а молящихся проводить внутренним ходом, через монастырь.
Приняв все эти предосторожности, Сивард направился к приделу св. Троицы, где находилась рака св. Фомы Бэкета, сокровища которой, как он сильно опасался, могли возбудить алчность мятежников. Несколько коленопреклоненных паломников молились перед ракой. Но он не потревожил их, так как намеревался повидаться с братом Носроком -- монахом, занимавшим сторожку над приделом.
Из окна сторожки была видна богато разубранная рака св. Фомы Бэкета. На обязанности брата Носрока лежало следить, чтобы мнимые паломники не похитили какого-либо из неоцененных сокровищ, украшавших раку, и он так хорошо исполнял свою должность, что никогда еще не случалось, чтобы пропал хоть один камушек. Сторож-монах держал для этой цели дюжину огромных лютых собак из породы меделянок. Он спускал их с цепи на случай покушения ограбить раку ночью. У него было под руками еще одно средство -- ударить в набатный колокол. В комнате брата Носрока был заключен в свое время один знаменитый пленник -- король Иоанн Французский.
Неожиданный приход Сиварда немного изумил монаха.
-- Чего тебе, брат? -- спросил он.