-- Про которую говорите вы? -- спросил озадаченный король. -- Кого имеете вы в виду, уважаемый Фернелиус, -- королеву Луизу?
-- Нет, Ториньи, -- отвечал голос.
-- Ториньи! -- повторил Генрих с выражением отчаяния. -- Назначьте любую из моих прежних любовниц, лишь бы не нее, нельзя ли иначе уладить дело?
-- Другого выбора нет, -- важно отвечал голос.
-- Ну, так я лучше соглашусь, -- отвечал Генрих, -- подвергнуться... Ах, черт возьми! Выходец с того света смеется! Это чья-нибудь шутка! -- вскричал он, совершенно успокоившись, поднявшись на ноги и хватая правой рукой находившийся вблизи него предмет. -- Здесь есть изменники, -- продолжал он, услышав удаляющиеся шаги. -- Это не привидение, не Фернелиус.
-- Именем неба, о чем же вы так долго говорили, ваше величество? -- спросила дама с поддельным удивлением.
-- Сейчас узнаете. Клянусь Богом, сударыня, вы пожалеете о своих поступках и ваш соучастник будет наказан за свою дерзость. Мы без особенного труда угадали, кто сыграл с нами эту глупую шутку. Эй, огня! Огня!
Говоря это, он приложил к губам свисток. Двери тотчас раскрылись, и прибежали слуги со свечами.
Свет упал на короля и его даму, которая, вероятно, смутившись от присутствия такого множества зрителей, закрыла лицо руками.
-- Поднимите голову, сударыня! -- вскричал Генрих грозным голосом. -- Мы не намерены щадить вашей стыдливости, можете быть в этом уверены. Весь двор узнает, какую штуку вздумали вы сыграть с вашим государем, весь двор будет свидетелем вашего посрамления. Поднимите голову, говорю вам. Если ваше бесстыдство довело вас до подобного поступка, то оно же поможет вам вынести обращенные на вас взгляды. Недавно смеялись вы, теперь же наша очередь смеяться. А! А! Клянусь Богом, ни за что на свете не избавим мы вас от этого возмездия. Подымите голову! Подымите голову, Эклермонда.