-- Да, ваше величество, она счастливее, чем заслуживает, я должен в этом сознаться, -- отвечал Генрих.
-- Вы, может быть, раскаетесь в этой слабости, когда будет уже поздно, -- заметила Маргарита. -- Я не понимаю, как можно простить подобное оскорбление.
-- Эти слова были бы вашим приговором, если бы были произнесены в присутствии короля, вашего супруга.
-- Не говорите о Генрихе, он сам уже давно отверг мою любовь. Он не может жаловаться. Я могла бы его любить, но...
-- Но что, Маргарита?
-- Ничего!.. Я хочу говорить теперь не о нем, а о вас. "Вот две личности, очень близкие одна другой", -- подумал король.
-- Слушайте! -- вскричала Маргарита, хватая руку Генриха своей пылающей рукой. -- Ваша жена вас оскорбила, вы ее не любите?
-- Я уже сказал вам о состоянии моего сердца, ваше величество. Не раскрывайте кровавой раны.
-- Я раскрываю ее для того, чтобы вылечить. Слушайте меня. Если исход этой борьбы будет роковым для... шевалье Кричтона, моя любовь будет вашей наградой.
"Ventre-saint-gris! -- подумал Генрих. -- Вот оригинальное возмездие за мою обиду!"