-- И ваше величество, конечно, исполнит ее желание.
-- Ну уж нет, кузен.
-- Вспомните о прекрасной Эклермонде, государь.
-- Ах да! Вы правы, кузен, -- поспешно ответил Генрих. -- Это имя заставило нас мгновенно решиться. Мы не знаем, насколько можно доверять вашей истории о рождении этой прекрасной особы. Очень может быть, что все это правда. Но правда это или ложь, ясно одно, что, если мы хотим преуспеть в наших намерениях, мы должны теперь, более чем когда-либо, повиноваться беспрекословно требованиям нашей матери.
-- Совершенно справедливо, государь.
-- Наша страсть растет от препятствий, которые она встречает, и мы не должны пренебрегать никакими средствами, чтобы достичь нашей цели.
-- Первым шагом к этому будет примирение с Беарнцем.
-- Это нетрудно устроить, -- отвечал Генрих III. -- Его гнев так же легко утихает, как и пробуждается. Вы увидите, как легко мы его укротим.
-- Подойдите к нам, брат мой, -- продолжал он дружеским тоном, приближаясь к Генриху Наваррскому, -- мы вас оскорбили и спешим загладить нашу несправедливость.
-- Государь! -- вскричал Бурбон, бросаясь навстречу Генриху.